О нас
К нему, в мягком платье золотого солнечного цвета, с. Высоко перехваченной грудью, шла Дженнифер Меррик. Но не чарующая нимфа, которую он привык видеть. Претерпевшая волнующее и ошеломляющее преображение молодая женщина, от которой захватывало дух,.
Была графиней, достойной занять подобающее положение при самых блестящих дворах страны. Волосы, расчесанные на прямой пробор, струились мерцающим золотисто-рыжим водопадом, вились по плечам, по спине, заканчиваясь ниже пояса пышными локонами. Треугольный вырез платья подчеркивал полноту груди, одежды изящно спускались по стройным. Бедрам, переходя в длинный шлейф; в широких, ниспадающих до колеи рукавах были прорези, открывающие запястья.
У Ройса возникло странное чувство, что она стала какой-то другой, но когда девушка подошла ближе, сомнения рассеялись - это были ее сверкающие синие глаза и чарующий лик. Она остановилась перед ним, и намерение заполучить ее, как бы ни осложняла она эту задачу, обрело несокрушимую решимость. Восторженная улыбка медленно расплылась на губах Ройса, и он проговорил - Ну.
И хамелеон же вы. Глаза ее сощурились от возмущения - Ящерица. Ройс проглотил смешок, стараясь оторвать взгляд от маняще выставленной напоказ в вырезе платья гладкой плоти и вспомнить о своем справедливом гневе.
- Я хотел сказать, - сдержанно пояснил он, - что вы постоянно меняетесь. Дженни не могла не приметить странного жадного блеска в ощупывавших ее серых глазах, но на мгновение отвлеклась, с тревогою обнаружив, как красиво и элегантно выглядит он в обтягивающей мускулистые плечи темно-синей тунике из тончайшей шерсти с длинными, плотно прилегающими, рукавами, прошитыми серебряными нитями. Пояс из плоских овальных серебряных бляшек низко перехватывал бедра, сбоку висел короткий.
Меч с большим сапфиром на рукоятке. Ниже Дженни рассматривать не пожелала. Наконец до нее дошло,. Что он уставился на ее волосы, и она с опозданием вспомнила об оставшейся непокрытою голове. Закинув руку за спину, подхватила широкий золотой капюшон платья, опустила на голову,.
Надвинула так, что лицо оказалось словно бы в рамке, уложила, как следовало, изящными складками на плечах. - Очень мило, - изрек Ройс, изучая ее, - но я предпочитаю видеть вашу голову непокрытой.